Мар15

Тэги

Похожие посты

Добавить в

В.А.Утянский «Воспоминания» 10 с.

Посреди огромного снежного поля лежит большое красное «Т». На стоянках много самолетов. Вот они ожили и поползли на старт. От работающих винтов за каждым тянется хвост из снежной пыли.

Высота 6000 м, под нами аэродром. Строго выдерживаю курс, идет фотографирование.

Появились под нами разрывы зенитных снарядов, но до нас они не долетают.

Разворачиваюсь на обратный курс, бросаем бомбы на аэродром, скорее для паники, так как попасть с такой высоты точно в цель практически невозможно, из мотогондол вылетают девятки тысяч листовок. Сколько-то истребителей уже в воздухе, но догнать нас они не смогут.

С небольшим снижением, на предельно допустимой скорости 520 км/час, самолет держит курс на Елец, и вскоре благополучно производим посадку.

***

Март 1942 года. Выполнив задание, возвращаемся домой. Чем ближе подходили к Ельцу, тем ниже опускалась облачность и, наконец, перешла в туман. На высоте 50 м видно только под собой. Горизонтальной видимости почти нет. По времени должны выскочить на аэродром, в его все нет. Стало светлее, приподнялась облачность, появился хоть како-то горизонт. Штурман Ланговой и я поняли, что Елец пролетели, а место определить не можем. Но курс неизменно держим на восток. Высота 100-150 м, видимость 2-3 км. Впереди черным пятном появляется город, дома в несколько этажей, заводские трубы, а на окраине аэродром и много самолетов. Что бы это могло быть? Не знаем. Уже не верится, что все время держали курс на восток. А вдруг ошибка, и город у немцев, а на аэродроме их самолеты. Решаю на 50 м пройти над аэродромом. Сразу отлегло, все самолеты со звездами, разбит старт, лежит «Т». Делаю круг, произвожу посадку. Оказалось, мы в Тамбове, на аэродроме летного училища. Руководитель полетов на нас: почему нарушаете, на малой высоте без связи? Потом он все понял. На самолете не закрывались бомболюки, разбита часть приборов. О посадке сообщили в полк. Нас накормили, дали комнату для сна. За ночь устранили неисправности, и утром мы вылетели домой. Здесь ждали и слышали, как мы прошли по краю аэродрома. Потом решили: время полета истекло, бензин кончился и, по всей вероятности с нами что-то произошло. А тут сообщение из Тамбова.

Вечером 8 марта 1942 года в городе Ельце небольшая компания собралась в одном частном домике. Уже накрыт скромный праздничный стол. Но вот мы стали различать нарастающий гул моторов, услышали сначала далеко, потом все ближе и ближе разрывы бомб. Одна разорвалась на противоположной стороне улицы, попав в двухэтажный дом, где как выяснилось, был лазарет. В нашем доме в одно мгновение вылетели все оконные рамы и двери, погас свет, с потолка и стен нас засыпало штукатуркой. В комнате все перевернулось, побилось и смешалось. Осколками изрешетило деревянную стену со стороны улицы. Я сидел в углу на диване. Осколок, пробив стену, пролетел над моей головой в трех-пяти сантиметрах и застрял в другой стене, у которой стоял диван. Мы лишились слуха. Все в извести и пыли разыскивали в темноте друг друга, кричали и не слышали своих голосов. Мы были контужены, но все целы. Такой состоялась встреча праздника. Через некоторое время стал различать дребезжащие звуки, потом все пришло в норму.